Кирилл Ямщиков
1 октября в стенах
Презентация прошла в рамках проекта «Культурная инициатива» и, как верно заметил Данил Файзов: «В представлении гость явно не нуждается, но мы его представим».
Что и происходило далее — после импровизированных рецензий на рецензии (а по сути, кратких, афористичных комментариев, изящно дополнивших картину наших представлений о
Мысль эту подхватила поэт, литературовед и критик Елена Севрюгина, также отметившая начальный рассказ и вместе с тем указавшая на многообразие постмодернистских конструкций прозы Бычкова. В том числе метко и лаконично определив специфику языка этой прозы — будто последний хулиганит, сбегает от хозяина и даже временами определяет его художественную волю. Не обошлось, разумеется, без сравнений — если я говорил (самую малость!) о Сэмюеле Беккете и поэтике «имитации», этакого перевода с подстрочника, то Елена говорила о Джойсе, Кафке и других королях сложности, сумев проследить генеалогию манеры бенефицианта вплоть до венценосца Данте Алигьери.
Следующей высказалась писательница, критик, журналист Наталья Рубанова, дружески пожурившая критиков за их стремление всех со всеми сравнивать и, однако, поставившая Бычкова в один ряд с такими большими европейскими литераторами как, допустим, Мишель Уэльбек. Рассказ Натальи развернулся с позиций личного знакомства, воспоминаний о дружбе и сотрудничестве: говорилось, в частности, о премии «Нонкомформизм», Викторе Топорове, далёких «Нацбестах» и совместных мероприятиях.
О книге «Я должен спастись» поведала собравшимся философ Елена Головина, отдельно выделив рассказ «Человек знака» и разобрав его с позиций метафизики. Именно этот текст — наряду с «На пороге» — вспоминали и цитировали чаще всего. Особое внимание Елена уделила языковой матрице Бычкова, его умению проникать в суть описываемых явлений — самым нетривиальным порой способом (что, верим мы, и отличает истинный авангард от тоскливых подделок).
Приблизилась к пониманию
Так или иначе, многообразие упомянутых имён, статусов, контекстов и регалий нисколько не отдалило нас от понимания своеобычия и «самости» прозы Андрея Бычкова. Две его новейших книги только подтверждают эту нехитрую догадку. Взглянуть можно как с самого актуального,
Елена Севрюгина
В Москве ежедневно проходят сотни различных мероприятий. В том числе и литературных. Но то, что происходило 1 октября в
Всё дело в том, что главным героем происходящего и виновником торжества стал
Проводился он под эгидой «Культурной инициативы» с её бессменными руководителями Данилом Файзовым и Юрием Цветковым. После приветственной речи Файзова эстафету перенял Леонид Александровский. Он не только рассказал о работе издательства и особенности постмодернистского метода Андрея Бычкова, но и предварительно представил каждого
В числе спикеров, выступавших на вечере, были очень интересные и уважаемые люди: критик, эссеист, победитель премии «Неистовый Виссарион» Кирилл Ямщиков, критик, эссеист, создатель своего литературного агентства Наталья Рубанова, философ Елена Головина, переводчик Татьяна Баскакова. Отрадно, что в числе выступавших сумела оказаться и ваша покорная слуга.
Все выступления были блистательны и свидетельствовали о глубоком погружении рецензентов в материал, а также о подлинной их заинтересованности в творчестве Бычкова.
Были сделаны интереснейшие наблюдения по поводу мировоззрения автора, его отношения к проблемам современного общества, тех литературных влияний, которые нашли отражение в его рассказах. Особое внимание уделялось языку, ставшему самостоятельным и абсолютно независимым героем происходящего. В частности, вспомнили цитату одного из рецензентов Игоря Фундта: «Бычков пишет так, будто язык у него не инструмент, а — живое, хулиганское, склонное к побегу существо».
Некоторые спикеры акцентировали внимание на отдельных рассказах книги «
Другие выступающие (включая и меня) обратили внимание на то, как в книгах Андрея Бычкова оживают «новые страшные смыслы мировой литературы».
Во время мероприятия музей Толстого превратился в пространство свободного обмена мнениями. И, несмотря на разнообразие точек зрения, в зале царила очень тёплая, дружеская,
Но и на этом сюрпризы не закончились. Неофициальная, фуршетная часть вечера тоже оказалась вполне постмодернистской, так как после обсуждения творчества Андрея Бычкова была съедена (явно во спасение всех присутствующих) его книга «Я должен спастись». Книга оказалась очень вкусной — ведь это был огромный торт, сделанный из шоколада, абрикосового джема и ещё множества прекрасных ингредиентов. На этом я, пожалуй, остановлюсь, ибо рискую истечь слюной.
Ну что тут скажешь? Понятно, что всё это — далеко не конец. И более того —
Музей-квартира А.Н. Толстого,
Андрей Бычков
25.10.2026, 82 просмотра.
