Дополнительно:

Мероприятия

Новости

Книги

«Полюса». Павел Настин — Владимир Богомяков

Братание критики чистого разума с сибирским шаманизмом

А ещё я познакомился в тот вечер с поразившим меня человеком, одиноко подпиравшим стену обители китайских авиаторов. Было понятно, что он никогда прежде не бывал здесь, никого здесь не знает и наблюдает за происходящим как человек другой культуры.

Подошёл. Разговорились. Назвался Юрием. Стихи не пишет. И поэзией особо не интересуется. В Москву приехал впервые в жизни неделю назад. И через день улетает в Индию. Поскольку геолог, на богатом восточными чудесами полуострове будет искать нефть. Ну, или что под руку повернётся.

— А как же вы сюда угодили? — спросил я изумленно.

— А как иначе-то? Я ведь из Тюмени. А в Тюмени все знают Богомякова. И все относятся к нему с большим почтением. Не мог же я не прийти на его выступление.

Как, не зная города, не зная программы московской литературной жизни, можно оказаться в нужном месте в нужное время, чтобы засвидетельствовать почтение тюменской легенде?

В том-то и дело, что это от индукции, которая загадочным образом наводится в окружающем пространстве самой этой легендой. То есть Владимиром Богомяковым, в стихах которого не столько панковского (по этому ведомству его принято числить), сколько шаманского.

Строго говоря, этот вечер был из разряда «на троих». Блеснули не только два поэта, вызванные на эстраду «Китайского лётчика Джао Да», но и предварившая их выступление Юлия Тишковская. Тоже поэт. Ну, или поэтка. Их, нынешних дам, не разберёшь.

Сообщение Тишковской было всеобъемлющим. Было поведано и об эстетических особенностях двух поэтов, становлению которых способствовало множество обстоятельств: и география, и профессиональная ориентация, и, безусловно, различия темпераментов, и круги общения, и жизненные установки, и многое другое.

Приведены биографические справки, в которые вошли как общеизвестные факты, так и сведения, хранящиеся в мировой паутине под грифом «совершенно секретно».

И даже пунктирно — о вкладе каждого в генетический фонд страны: у каждого из поэтов по три сына.

Однако сообщение при всей его комплиментарности, базирующейся на тёплом отношении Тишковской к Настину и Богомякову и как к поэтам, и как к гражданам, и как к мужчинам, приятным во всех отношениях, докладчица не избежала объективности. Точнее, той её стороны, которая не красит людей.

Маркетинговая программа книготоргового портала ЛитРес, искусственный интеллект, который не может ошибаться, считает, что книги Владимира Богомякова и Дарьи Донцовой очень похожи.

А в биографии Настина и вовсе открылась полукриминальная история. Настин имеет привод в милицию за попытку сфотографировать в Калининграде дырку в столбе уличного освещения.

Завершил всеобъемлющее сообщение футуристический прогноз: какое глубинное знание о двух поэтах будут иметь наши весьма отдаленные предки. Несомненно, оно будет черпаться из поискового монстра Гугл. И оно в недрах Гугла уже хранится:

● Павел Настин — красивый мужчина с грустными глазами.
● Владимир Богомяков — самый красивый мальчик тундры.

После чего слово было предоставлено поэтам.

Необходимо сказать, что природной стихией «красивого мужчины с грустными глазами» является вода. Ну, наверно, тут можно поверхностно указать на учёбу на биофаке Калининградского университета, по окончании которой он стал ихтиологом, специалистом по размножению кальмаров.

Стихия воды присутствует и в стихах Настина, причём вполне отчетливо. И чисто формально — он пишет верлибры, не имеющие жесткой кристаллической структуры, присущей силлабо-тонике. И глубинно — что явствует из частотного словаря Настина. Вот, например, какой улов удалось сделать в сравнительно небольшом цикле стихов (и это неполное в данном объёме перечисление):

Чистая морская вода в октябре в безветренный день…
Серебристая вода, серебристый песок…
След ялика на воде долго не исчезает…

…яблоки в холодной воде…
дождь и круги от него на воде…

пастбище, затопленное водой…

И тянутся руки из-под воды…

Лёд на воде, подо льдом вода…

Вода поперёк моста…

Опять начну ходить по воде…

А вот как это соединяется в оч. интересные образы:

…вся в водяных порезах
тихо плывет и поёт земля —
целует, не разжимая губ,
поёт, не раскрывая рта.

(«примерно одна легкая сутулость на двоих»)

Закону водной стихии подчиняется и движение стихов Павла Настина. Здесь нет резких переходов, разрывов, развитие происходит за счёт перетекания смыслов друг в друга. Что, впрочем, не отрицает экспрессии в некоторых текстах, но это обусловлено увеличением напора, скорости течения потока.

мне понравилось ездить к тебе в деревню
вечерним дизелем с северного вокзала
семьдесят пять километров на северо-восток
где сельские жители час сорок пути домой
догоняются водкой и баночным пивом дизель
собираясь наутро в том же составе
в том же вагоне дизеля на опохмел

у тебя вода стоит высоко в колодце
на улице полная тишина в огороде чужие куры
пятна сырости в доме осыпается штукатурка
прошлогодние яблоки на земле гниют у сгоревшей бани
а к стене чердака прислонились рамки с пчелиными сотами
и они пусты

общественные осы почему-то не заселяют их
общественные осы больше не населяют меня
облетают меня стороной мои соты они пусты

разве что множественные звёзды разной величины
на западе ночью над пастбищем после дождя…

(«elchwald»)

Необходимо сказать, что вечер Настин — Богомяков был задуман ещё десять лет назад, но по различным причинам откладывался. При этом ни «красивый мужчина», ни «самый красивый мальчик тундры» за прошедшее десятилетие не переменили партнёра для вечера «Полюса». Что свидетельствует о неслучайности этого «диполя», о, можно сказать, глубинной метафизической связи между ними. Можно предположить, что Настина влечёт к тюменцу именно водная стихия. Потому что в меловый период почти вся Западная Сибирь была бескрайним морем, по сравнению с которым Балтика — неглубокая лужа.

Есть и вектор, направленный из Тюмени в Калининград, точнее также в исторический его период, когда город назывался Кёнигсбергом и жил в нём Иммануил Кант. «Самый красивый мальчик тундры» в своё время также закончил университет — Тюменский. И стал философом. Более того — доктором философских наук, профессором альма-матер. Но поскольку в тюменской альма-матер научная школа значительно уступала и по традициям, и по вкладу в мировую науку Кёнигсбергскому университету, то сознание пытливого Владимира Богомякова влекло его на Запад.

В то время как душа его, конечно же, прикипела к родным краям.

Небезосновательно можно предположить, что поэтика «самого красивого мальчика тундры» берёт свои истоки в шаманизме. В практике загадочной, необъяснимой и непредсказуемой. Поскольку непосвящённые в неё, каковыми мы все и являемся, не в состоянии понять алгоритмы взаимодействия шамана со своим эгеменом и абаасы верхнего мира.

Но, разумеется, шаманизм Богомякова отнюдь не «профессиональный», а чисто интуитивный. Однако мы с удивлением обнаруживаем определённое совпадение и ритмики, и интонаций, и интенций стихов Богомякова с шаманскими заклинаниями.

Вот стихотворение «Лёша Финкель»:

Зашли в баню старички.
Стали горячие, потные, лишь губы как холодные червячки.
И ну плескаться-баловаться, пукать-приседать.
Ой-да, пукать-приседать, — Лёшу Финкеля звать.
«Иди, Лёшенька, по проулочкам,
Иди по закоулочкам.
Попарь нас тощно-худых,
Как жанку мудых»!
Идёт Лёша, на ём шуба.
Добрый вечер, шуба-дуба!
Вот вы где сидите — в бане.
Баня около Ёрдани.
Сбоку ельник редковат.
Здрасьте, старички. Виват!
Конопли июньской сок,
От неё пойдёт, как ток.
Вот и хлебные гнилушки,
Так от них заложит ушки.
От бобровых от мудей
В мир уйдёте без людей.
Где лишь кранты.
Где лишь вьянты.
Кранты-вьянты-вервеянты.
И к колодезю приник
Королевичюс Кердык.

А это шаманское заклинание. При этом следует учитывать, что здесь ритмика сломана за счёт двойного перевода — с якутского на французский и с французского на русский:

Птица Небесная, пять Меркутов,
Вы с вашими могучими бронзовыми когтями,
Когти луны из меди,
А клюв луны изо льда;
Могуч удар твоих длинных крыльев,
Твой длинный хвост похож на маятник,
Твоё левое крыло закрывает луну,
Твоё правое крыло закрывает солнце,
Ты, мать девяти орлов,
Не блуждая, летишь над Яиком,
Не уставая, преодолеваешь Эдил!
Прилети ко мне, напевая!
Играй, приближаясь к моему правому глазу,
Сядь на моё правое плечо![1]

Тексты Богомякова отличает непредсказуемость скорее даже не сюжета (хоть и этого предостаточно), а непонятно каким образом возникающих в них слов, которые, как выясняется, не только уместны, но и единственно необходимы в избранной Богомяковым стилистике. Ну, а также, вероятно, напетыми ему абаасы:

* * *

Что ж ты, Сергей Петрович, журналы смотришь, как крокодил?
Найдёшь бабу на картинке и тычешь пальцем, дескать, вот ей бы засадил!
А ты смотри журналы, как зайка Петя,
И поймёшь, что Россия всегда отличалась от иных стран непостижимой любовью к детям.
А ты смотри их, как смотрят северные олени,
И поймёшь, как формируется патриотическое сознание людей разных поколений.
А ты смотри на них, как рыба-прилипала,
А иначе и не врубишься в процесс выращивания конкурентоспособного человеческого капитала.

* * *

В Ишиме пацаны танцевали,
как череда небесных светил.
А в Патрушеве танцевали-спали.
Но один воробьёнком ходил.
В Тюмени быстрое ведение бровями
отличает мастеров тюменского танца.
А в Тобольске дикое трясение мудями
изумляет зашедшего на танцы иностранца.
В Салехарде же, за Полярным кругом,
Уже не пляшут, а ходят важно друг за другом.

* * *

Как он домой хотел, председатель, к котятам,
к пчелиной звёздочке.
Устал, поэтому слишком поздно заметил вкус ацетона
в водочке.
Хозяйка раздвинула ноги, а между ног —
нарымская вьюга.
Последнее, о чём председатель подумал:
люди не любят друг друга.
Из статного жирного председателя навертели много вкусных котлет.
Из черепа сделали ковш, и он прослужил много лет.
Наберёшь в ковш, бывало, колодезной воды,
чтобы похмелиться за столом.
Тонкой рябью по воде «гады! гады!» кто-то пишет,
словно маленького гусёнка пером.

На этой оптимистической ноте мы и закончим. И пожелаем авторам дальнейших творческих успехов.

Владимир Тучков


Мирча Элиаде. Шаманизм: архаические техники экстаза. Киев: София, 2000. c. 109


Поперёк стандартов

Слово эксперта

Перед богом
как ты предстанешь
в своих двухсотдолларовых
ботинках?

Павел Настин

Хочу быть уверен в невидимом я.
Хочу себя зреть
В этих водах небесных…

Владимир Богомяков

Владимир Богомяков в одном из интервью рассказывал, что любит путешествовать на машине. Садится — и едет, иногда за тысячи километров. И самое интересное в этих поездках — движение поперёк. Не просто проезжать мимо городов и посёлков, а открывать для себя их изнанку. Видеть детали. Которые вот так, внезапно, могут открыть главное.

Сегодняшние наши поэты, которых я очень люблю, двигаются поперёк в стихах, поперёк стандартов, потому что их стихи ярко индивидуальны и одновременно очень человечны, они всегда про человека и про окружающий его мир, где важны детали, где текут реки и облака, где мост королевы Луизы проходит через Ирбит.

У Павла и Владимира, безусловно, разная поэтическая техника и разные поэтики. Возможно, это как-то связано и с их главными городами: Калининград, город Павла Настина, хоть сейчас он живёт и работает в Москве, но в Калининграде родился и прожил большую часть жизни, всегда туда возвращается, — и Тюмень, которая связана с Владимиром Богомяковым, — это, конечно, очень непохожие города, пространство в них организовано совершенно по-разному, разная культурная история, географическое положение и так далее. Но есть то, что определяет любой город. Это человек.

Если пройтись по ссылкам в Гугле, мы узнаем, что Павел Настин:

● строгий интеллигент,
● грустный певец дождя,
● человек с ружьём, заряженным ничем,
● красивый мужчина с грустными глазами.

Владимир Богомяков же:

● профессор-рок-н-рольщик,
● фигура эпическая и легендарная,
● человек, знакомство с которым даёт эффект прикосновения к вечности,
● самый красивый мальчик тундры.


Интересные факты о Владимире Богомякове

Наверно, все знают, что на стихи Владимира написали песни тюменские музыканты из группы «Центральный гастроном», а также Роман Неумоев, Михаил Зуйков и другие. Но, возможно, не всем известно, что ишимская группа под интригующим названием «Волосатые ногти» также написала несколько песен на его стихи. (Кстати, Владимир в Живом Журнале изобретает названия групп и делится ими с дружественными музыкантами).

Тоже довольно известный факт: впервые стихи Владимира были опубликованы в Париже.

А вот находка из сети: если на ЛитРес открыть страничку Владимира Богомякова, где опубликованы две его книги, вверху будет небольшая биографическая справка, потом, собственно, ссылка на книги, а в самом конце страницы — похожие авторы. И там удивительный список: Борис Акунин, Дмитрий Быков и… Дарья Донцова!

Факт, который лично меня очень радует: в то время как почти все литераторы ушли из Живого Журнала на фейсбук, Владимир продолжает активно вести ЖЖ, посты появляются каждый день.

Ещё довольно известный факт: Владимир Богомяков был знаком и дружен со многими контркультурными и андеграундными музыкантами, в частности, с Егором Летовым и Янкой Дягилевой, которую я очень люблю. И Янка подарила Владимиру блокнот со стихами, который впоследствии, к огромному сожалению, был утерян.

Владимир Богомяков — доктор философских наук, его диссертация называлась «Сокровенное как горизонт человеческого бытия».

Интересные факты о Павле Настине

Павел закончил биофак Калининградского университета, где изучал репродуктивную биологию атлантических кальмаров!

В десять лет переехал в Керчь, где прожил шесть лет, и там, по словам самого Паши, «открыл явление отсутствия течения времени в некоторых уголках этого города, чем доказал, хотя бы себе, существование достижимой актуальной вечности».

Однажды в Калининграде Павла забрали в милицию за фотографирование дырки в столбе фонаря!

Первая книга Паши — «Язык жестов» — вышла в серии «Сопромат» и получила на обложку букву «м» этого слова. Автор предисловия к ней — прекрасный и любимый мною Рафаэль Левчин. Рафаэль, мы тебя помним.

Павел Настин не только поэт, но и фотохудожник. В серии фотографий «Pictoria» Павлом был использован в качестве размывающего светофильтра осколок стеклянного строительного блока. Он снимал пейзажи, портреты, работал в жанре фрагмента и натюрморта.

Наверно, самые известные проекты Павла — сайт «Полутона», журнал «РЕЦ» и фестиваль «Слоwwwо», проходивший под руководством Павла Настина с 2003 по 2011 год в Калининграде. Многие поэты, участвовавшие в нём, говорят, что это был один из лучших поэтических фестивалей.


Альбрехт
хей разве звёздное небо вместо жести
не лучше не лучше того что мы строим

Павел Настин

Ведь небо —
лишь длинная очередь старых уставших людей

Владимир Богомяков

Данила Давыдов как-то сказал, что поэтическая линия Владимира Богомякова происходит от древних раскольничьих текстов и в чём-то похожа на русский духовный стих.

Мир Владимира Богомякова — велик, там есть место всему, каждому существу, каждой былинке. Но он удивительно человечен и свободен в этом. Свободен в выборе выражения этой человечности и всемирности теми словами и средствами, которые возникают здесь и сейчас, на кончике языка.

Игорь Касаткин писал, что стихи Владимира — это выход из мира «я», лишенного времени, но не в мир симулякров, а куда-то в потусторонний (по отношению к миру симулякров) мир.

Александр Уланов назвал короткие строки Павла Настина, характерные для большинства его стихотворений, «коротким, экономным дыханием зимовщика». Павел исследует пространства холода и одиночества, следит за порядком падения дождевых капель, надеется на тополиный пух. Стихи Павла Настина — фотографии воздуха.

Владимир Богомяков увлекается дегустацией родниковых вод. Есть очень вкусная вода, пьёшь и радуешься, но когда она немного постоит, теряет большую часть вкуса. А есть вода, которая сохраняет его, она и завтра такая же вкусная, как в роднике.

Так вот, стихи Павла и Владимира — это стихи второй воды. В этом, безусловно, их общность.

А ещё у каждого — трое сыновей!

Юлия Тишковская

Китайский летчикПолюса 

02.02.2020, 346 просмотров.




Контакты
Поиск
Подписка на новости

Свидетельство о регистрации СМИ Эл№ ФC77-58606 от 14 июля 2014
Выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи и массовых коммуникаций

© Культурная Инициатива
© оформление — Николай Звягинцев
© логотип — Ирина Максимова

Host CMS | сайт - Jaybe.ru